Юбилейный 25-й саммит Шанхайской организации сотрудничества, который прошел в этом году в китайском Тяньцзине, вызвал широкий спектр откликов в экспертной и медийной среде. Казахстанские аналитики, а также европейские, американские и азиатские обозреватели сходятся в одном: встреча лидеров стран-участниц ШОС выходит далеко за рамки протокольного мероприятия и отражает изменение глобального политического ландшафта.
Казахстанский взгляд: баланс многовекторности и новые горизонты интеграции
Казахстанское мнение о саммите ШОС озвучил директор Казахстанского института стратегических исследований при Президенте РК Жандос Шаймарданов изданию Zakon.kz. Эксперт подчеркнул, что юбилейный саммит стал знаковым этапом для всей организации и прежде всего продемонстрировал растущую роль Китая как стержневого партнера и инициатора многих стратегических решений. Он также отметил, что именно благодаря усилиям Пекина ШОС получила долгосрочный горизонт развития и сегодня выступает не только площадкой для обсуждений, но и инструментом практического взаимодействия. Шаймарданов выделил важность сопряжения китайской инициативы «Пояс и путь» с интересами Центральной Азии: это открывает новые маршруты, формирует инфраструктурную связанность и усиливает экономическую динамику региона. Казахстан, являясь важным звеном в транзитных коридорах, получает возможность стать частью масштабных интеграционных проектов, но главным фактором, по его словам, остается лидерство Китая и способность ШОС объединять разные государства вокруг общей повестки.
Эксперт также обратил внимание на то, что формат ШОС выгодно отличается от других международных организаций: здесь на первый план выходит не конкуренция, а поиск точек соприкосновения. В этом смысле Китай сумел задать атмосферу доверия и конструктивного диалога. Казахстан, как и другие страны региона, заинтересован в том, чтобы эта линия сохранялась, ведь именно ШОС сегодня превращается в один из наиболее действенных механизмов по обеспечению стабильности и устойчивого развития в Евразии.
Статья в Astana Times подчеркивает масштабность саммита и его долгосрочные последствия. Издание напоминает, что встреча собрала более 20 мировых лидеров и руководителей 10 международных организаций, а ключевыми итогами стали принятие Тяньцзиньской декларации и стратегии развития ШОС до 2035 года. Китай выступил с предложением создать Банк развития ШОС и поддержал инициативы по сотрудничеству в энергетике, инфраструктуре, зеленой индустрии, цифровой экономике и искусственном интеллекте.
Особое внимание СМИ уделяет экспертным оценкам. Так, старший научный сотрудник пекинского института Pangoal Сюй Циндуо отметил, что саммит стал символом усиления многополярности и формирования новых моделей глобального управления, альтернативных западным. По его словам, ШОС отражает голос Глобального Юга, объединяя страны вокруг повестки развития и безопасности без создания закрытых военных блоков. Казахстанский политолог Газиз Абишев подчеркнул важность встречи Си Цзиньпина и Нарендры Моди – первой за последние семь лет, а сближение Индии и Китая придает организации дополнительный вес.
В материале отдельно рассматривается визит Касым-Жомарта Токаева в Пекин, состоявшийся сразу после саммита. Казахстан и Китай подписали 70 соглашений на сумму почти $15 млрд, охватывающих энергетику, транспорт и машиностроение. Двусторонняя торговля показала рекорд в $44 млрд за 2024 год, а количество компаний с китайским капиталом в Казахстане превысило 6 тысяч. Общий объем инвестиций КНР в экономику республики составил $27 млрд.
Astana Times делает вывод: Китай укрепил статус лидера и предложил конкретные механизмы интеграции, а Казахстан подтвердил свою роль надежного партнера, балансирующего между растущим влиянием Пекина и собственной многовекторной политикой.
Статья в Ulysmedia обращает внимание не только на официальные итоги, но и на атмосферу встречи, скрытые знаки и символические жесты. Китай устроил поистине масштабный прием, подчеркивая свой статус мирового экономического лидера: танцы у трапа самолетов, флаги вдоль маршрутов, торжественный размах. Юбилейный саммит стал самым многочисленным за всю историю организации.
Внимание вызвали и личные отношения Си Цзиньпина с Касым-Жомартом Токаевым. Китайский лидер публично назвал его «большим другом», что подкрепляется многолетними доверительными контактами и рекордным уровнем двустороннего товарооборота. Казахстанский президент в своем выступлении обозначил приоритеты страны в рамках ШОС: создание новых центров безопасности, развитие цифровизации, искусственного интеллекта и экологии.
Неожиданным акцентом стала роль Турции: Реджеп Тайип Эрдоган, несмотря на членство страны в НАТО, активно включился в обсуждения, предложив совместить инициативу Транскаспийского международного транспортного маршрута с китайской концепцией «Один пояс, один путь». Его участие подчеркнуло, что ШОС становится привлекательной площадкой и для государств, формально ориентированных на Запад.
Как отмечает в этой статье политолог Бакыт Бекетаев, саммит стал символом нового мирового разделения на Восток и Запад. В данном контексте ШОС показала, какие страны сегодня идентифицируют себя как Восток, и продемонстрировала: организация постепенно превращается в ключевого игрока будущего глобального устройства.
Европа: дипломатический триумф Китая и “другой мир” без Запада
В Европе реакция на саммит также была достаточно яркой. Немецкие СМИ, включая Der Spiegel, FAZ, Handelsblatt и Süddeutsche Zeitung, называют встречу в Тяньцзине дипломатическим триумфом Китая. Наибольшее внимание журналисты уделили визиту премьер-министра Индии Нарендры Моди, который впервые за семь лет приехал в Китай. Многие издания связывают этот шаг с торговыми войнами США и утверждают, что именно политика Дональда Трампа вынудила Индию к сближению с Китаем. FAZ даже констатирует: «Трамп объединил Моди и Си». При этом символизм события выходит далеко за рамки двусторонних договоренностей – саммит продемонстрировал способность Пекина привлекать на свою площадку не только традиционных союзников, но и страны, с которыми ранее отношения были напряженными. Süddeutsche Zeitung и Der Spiegel отмечают, что для Китая встреча уже стала главным дипломатическим событием года, демонстрирующим его растущую роль в Евразии.
Англоязычное издание bne IntelliNews, в котором вышла аналитическая статья о саммите, особое внимание уделяет философии Китая, привлекательной для многих стран Глобального Юга. Пекин предлагает модель сотрудничества, основанную на уважении и невмешательстве во внутренние дела, что контрастирует с западным подходом, включающим санкции и политическое давление. Именно это, по мнению экспертов, делает китайскую модель особенно убедительной для государств, ищущих альтернативу. Таким образом ШОС в Тяньцзине стал демонстрацией того, что Китай укрепляет позиции лидера, способного объединять страны Евразии и Глобального Юга, предлагая им новую систему координат, где баланс интересов важнее односторонних решений.
Профессор Белостокского университета Даниэль Бочковский в интервью Polskie Radio отметил, что встреча лидеров столь разных стран прежде всего демонстрирует наличие «другого мира», который смотрит на международную политику иначе, чем Запад. По его словам, Китай в этом формате играет ключевую роль: именно Пекин сумел собрать за одним столом игроков с порой противоречивыми интересами – от России и Индии до Ирана и государств Центральной Азии. Сам факт их присутствия в Тяньцзине – уже сигнал о том, что ШОС становится площадкой, способной объединять государства, для которых раньше диалог казался невозможным.
При всей разнице позиций, подчеркивает эксперт, именно Китай задает рамку для конструктивного разговора и демонстрирует способность вести тонкую политическую игру. Это не разовый дипломатический жест, а последовательная линия Пекина, направленная на то, чтобы создать новый центр устойчивости в Евразии.
Особое внимание Бочковский уделил экономическому измерению китайской политики. По его словам, Европа уже не может игнорировать роль КНР: китайские компании прочно закрепились на европейских рынках, а в автомобильной промышленности Пекин показывает очевидное лидерство, особенно в секторе электромобилей. Субсидируя свою продукцию, Китай не просто «давит» конкурентов, а фактически задает мировые стандарты зеленой экономики. Европейские компании и правительства могут спорить о политике, но разорвать эти экономические связи, по мнению эксперта, практически невозможно.
Даже на Корейском полуострове, где сегодня активно действует Пхеньян, Китай сохраняет позиции главного посредника. Бочковский считает, что в долгосрочной перспективе именно Пекин останется ключевым игроком, определяющим баланс сил и условия для стабильности в этом регионе.
Таким образом, позиция Бочковского сводится к тому, что саммит ШОС в Тяньцзине стал демонстрацией не столько противоречий, сколько способности Китая управлять процессами и предлагать новые правила игры. Европа и США могут воспринимать это с настороженностью, но факт остается фактом: Китай формирует альтернативную модель международных отношений, основанную на диалоге, взаимной выгоде и долгосрочном планировании.
США: тревога из-за парада и институционального лидерства Китая
Аналитики вашингтонского Центра Stimson подробно разобрали итоги саммита ШОС в Тяньцзине и парада в Пекине, отметив, что Китай сумел продемонстрировать свои лидерские амбиции и закрепить институциональное влияние в Евразии.
В частности,Юнь Сун подчеркнула, что для Пекина саммит стал главным внешнеполитическим событием года: более двадцати лидеров и главы десяти международных организаций приняли участие, а визиты Путина и Моди придали встрече особый вес. По ее словам, запуск процесса создания Банка развития ШОС и принятие десятилетней стратегии стали для Китая ключевыми достижениями.
Питер Слезкин отметил: саммит показал, что существует мир за пределами западной орбиты, где США не могут диктовать условия.
Элизабет Трелкелд сосредоточилась на индийско-китайских отношениях: визит Моди впервые за семь лет и теплая встреча с Си выглядели как жест примирения. диалогу с Пекином при одновременном укреплении военных связей с Японией.
Асфандияр Мир отметил прагматичную позицию Пакистана, использующего ШОС как площадку равноправного диалога с крупными державами.
Дэниел Марки передал американское восприятие саммита: кадры с объятиями Си, Путина и Моди, демонстрация китайской военной мощи и готовность Москвы и Дели играть в унисон с Пекином вызвали тревогу Вашингтона, а в публичных заявлениях Трамп фактически признал, что США «потеряли Индию и Россию для Китая». Марки считает, что событие может остаться в истории как символ ослабления американского лидерства и укрепления альтернативного мирового порядка.
Таким образом, эксперты Stimson едины в оценке: Китай использовал саммит и парад для укрепления образа создателя новых институтов, организатора региональной солидарности и вдохновителя альтернативной системы международных отношений, где ШОС становится все более устойчивым механизмом китайского лидерства.
Аналитик американского Центра стратегических и международных исследований (CSIS) Хенриетта Левин в своей колонке отметила, что саммит стал ярким подтверждением глобальных амбиций Китая. По ее словам, организация, созданная в 1990-х для урегулирования пограничных вопросов, сегодня превратилась в инструмент Пекина по формированию нового международного порядка, в котором ослабляется роль США, а нормы все больше отражают интересы китайской модели.
Си Цзиньпин, собравший за одним столом лидеров десяти государств-членов и десятков партнеров, показал способность Китая объединять разнонаправленные интересы под своим видением. В Тяньцзине был достигнут важный прорыв: принято решение о создании Банка развития ШОС. Таким образом, в организации все более отчетливо проявляется институциональное лидерство Китая. Дополнительно Пекин объявил о запуске шести новых платформ сотрудничества — в энергетике, зеленой индустрии, цифровой экономике, инновациях, а также в сфере образования и профессиональной подготовки.
Левин резюмировала: и саммит в Тяньцзине, и парад в Пекине стали звеньями одной цепи: Китай укрепил образ не только регионального, но и глобального лидера, формирующего новые институты, альтернативные западным, и задающего правила будущего международного порядка.
Турция и Ближний Восток: новый формат глобальной солидарности
Независимый аналитик Хусейн Коркмаз в авторской колонке для агентства Anadolu отметил, что прошедший саммит и последовавший военный парад в Пекине стали знаковыми событиями с точки зрения глобальной геополитики.
По его словам, особое внимание привлекли демонстративные жесты солидарности председателя КНР Си Цзиньпина, премьер-министра Индии Нарендры Моди и президента России Владимира Путина. А присутствие северокорейского лидера Ким Чен Ына на параде в Пекине явилось дополнительным стратегическим сигналом, адресованным Западу.
Коркмаз подчеркивает: Китай и Россия уже давно рассматривают ШОС и БРИКС в качестве ключевых платформ, способных стать опорой нового многополярного миропорядка. Несмотря на скептические замечания западных аналитиков о «ограниченной институционализации» ШОС и неоднозначной позиции Индии внутри объединения, прошедший саммит показал обратное – именно здесь проявились первые очертания нового формата глобальной солидарности.
«Мы видим, как ШОС постепенно перестает быть лишь дискуссионным клубом и начинает превращаться в инструмент геополитического влияния», – отмечает эксперт. Принятые инициативы, в том числе учреждение Банка развития ШОС и усиление кооперации в сфере безопасности, указывают на трансформацию организации в действенный механизм, способный предоставлять странам-участникам реальные преимущества.
При этом Китай продолжает последовательно выстраивать стратегию, основанную на соперничестве с США. В этой логике укрепление связей с Россией, активное продвижение БРИКС и проведение масштабного парада с демонстрацией военной мощи становятся частью тщательно продуманной политики Пекина.
Центральная Азия и Кавказ: ядро новой повестки ШОС
Для Excluzive.kz эксперты из разных стран отметили, что прошедший в Тяньцзине саммит ШОС стал важным свидетельством роста влияния организации и укрепления роли Китая в глобальной политике.
Закир Усманов, эксперт ННИЦ «Билим карвони» (Узбекистан), подчеркнул, что ШОС постепенно расширила повестку от борьбы с терроризмом, экстремизмом и сепаратизмом до вопросов экономики, торговли и региональной безопасности, и сегодня организация находится на этапе формирования окончательного формата. Для стран Центральной Азии, по его мнению, это открывает новые возможности: при условии выработки общей позиции их голос в ШОС станет значительно весомее, а такие инициативы, как «ШОС-Инвест», могут дать реальную отдачу региону.
Куат Домбай, директор Центра изучения стран Центральной Азии С5+ , отметил, что нынешний саммит продемонстрировал переход к многополярному формату, а парад в Пекине стал четким сигналом о новой реальности. Он обратил внимание, что Китай играет ведущую роль в регионализации и выступает крупнейшим торговым партнером для Центральной Азии, закрепляя тем самым экономические и политические связи. Особое значение эксперт придал протокольному сигналу: расположение президента Казахстана рядом с Си Цзиньпином подчеркнуло стратегическую значимость Астаны для Китая.
Эльданиз Гусейнов, сооснователь политического форсайт-агенства «Nightingale Intelligence» (Казахстан) обратил внимание на совместную декларацию, принятую в Тяньцзине: впервые все члены ШОС, включая Индию и Пакистан, поддержали единый документ. Он отметил, что в нем закреплены ключевые принципы – невмешательство во внутренние дела, уважение суверенитета и концепция «безопасность не за счет соседей». Включение инициативы «Сообщество единой судьбы человечества» эксперт назвал основой для возможного реформирования ООН и создания альтернативной глобальной архитектуры. Также он подчеркнул, что после вступления Ирана организация замкнула вокруг себя все географическое пространство Центральной Азии, превращая регион в ядро ШОС. По его словам, именно здесь формируется новая практическая повестка: проекты железнодорожной интеграции, центры безопасности и совместные инициативы по Афганистану.
Ровшан Ибрагимов, политолог, доктор Университета регионоведения Хангук (Сеул), отметил, что количество участников заметно увеличилось, а организация стала более инклюзивной. Он подчеркнул, что для государств Южного Кавказа участие в ШОС не несет угрозы суверенитету, и интерес Азербайджана к организации демонстрирует её растущую привлекательность. Кроме того, эксперт обратил внимание на символическое значение парада: Китай показал свой вклад в победу во Второй мировой войне и заявил о праве на признание в качестве глобальной силы.
В целом саммит в Тяньцзине подтвердил: ШОС перестала быть лишь региональной площадкой и все заметнее превращается в центр формирования новой реальности на евразийском пространстве. Организация остается гибкой и неоднородной, но именно в этом ее сила – она объединяет разные страны с разными интересами, создавая пространство для переговоров и совместных решений. Для Центральной Азии и Южного Кавказа это открывает новые возможности: от экономических инициатив до укрепления региональной безопасности. Центр тяжести мировой политики постепенно смещается внутрь Евразии, и ШОС становится одним из ключевых инструментов этого процесса.
